30 июня 2021

Я стала невидимкой

Я люблю их. Но я — не они.
Я стала невидимкой
11321
текст

Источник: Scary Mommy

Материнство — это счастье. Материнство — это труд. Материнство — это жертвенность. Это бескорыстие. Это подвиг. Это любовь. Это нежность. О материнстве говорят очень много красивых вещей. Быть матерью почетно. Стать мамой мечтают многие девочки и взрослые женщины. Мы видим много радостных картинок счастья и гармонии после рождения детей, хотя и подозреваем, что не все так просто, глядя на усталых, замученных женщин. "Теряя" родивших подруг, которые больше не находят времени на веселье и развлечения. Видя семьи, которые распадаются после появления малышей. Материнство может быть очень разным. Оно может быть счастливым или невыносимо трудным. В нем можно найти себя. Или потерять. Как Джессика Гроф, мама двух девочек и автор текста "Я стала невидимкой".



"Я стала невидимкой 13 мая 2013 года. И я прекрасно помню этот день.

Я лежала в палате, восстанавливаясь после внепланового кесарева сечения, и пыталась отдохнуть. Вокруг меня шумели люди — многочисленные родственники громко говорили по телефону, радостно сообщая всем о рождении Джейн и Эммы.

Периодически появлялись медсестры, втыкали в меня иголки, брали кровь, измеряли давление, даже если я спала.  Приходили друзья, их пускали прямо в палату, даже если я в это время боролась с молокоотсосом в полуголом виде.

До этого меня вытащили из моей уютной палаты и бесцеремонно вкатили в операционную. Вынули из меня детей. Вкатили в палату, где я должна была приходить в себя в одиночестве в полубессознательном состоянии, ожидая новостей о детях, умоляя дать мне воды и получая ответ "пока нельзя". А потом меня разместили в палате, где я могла укрыться лишь за занавеской и где меня без конца "посещали" — днем и ночью.

Никакого личного пространства, никакой информации о моем физическом и психическом состоянии, никакого интереса к моим потребностям.

С этого момента я начала постепенно рассыпаться. Я быстро поняла, насколько неважно теперь то, что я хочу. И как мало значило то, над чем я до этого так тяжело работала. И дело не в том, что меня разрушали другие люди. Я сама отдавала частички себя — мне просто казалось, что иначе и нельзя. Ведь это и есть материнство, разве нет? Бескорыстие. Нам ведь так говорят?

Несколько лет тому назад я поняла, что  я больше не смотрю на себя в зеркало. Я поймала свое отражение и вздохнула. Кто эта женщина?

Моя жизнь больше мне не принадлежала, я больше не была тем человеком, которым пыталась стать так долго. Не имело никакого значения, как я хочу проводить время. Хочу ли я, чтобы меня трогали, чтобы со мной говорили. Хочу ли я побыть одна или куда-нибудь пойти. Все это стало неважно. 

Все вокруг знали все лучше меня о моей жизни. А моей жизнью стали дети. Все решения, которые я принимала, были приняты из-за них. Любой выбор имел отношение к ним. Я ела, спала и проживала день за днем ради них. Каждый момент дня я готовила, стирала, убирала, решала что-либо, беспокоилась о чем-то и дышала ради детей.

Если мне кто-нибудь звонил или я встречала знакомого на улице, первым вопросом, который мне задавали, всегда был: "Как девочки?" Без исключений. 

Сейчас я пишу это и смотрю на себя: на мне один из пяти комплектов одежды, которые я ношу по очереди и которые пока еще мне по размеру. Мое тело не в порядке, потому что я родила детей. Мои бедра раздались, у меня проблемы с маткой, волосы выпадают. У меня недержание мочи, а еще постоянно болят запястья. Моя грудь повисла. И все это потому, что я выносила и родила детей.

Лак на моих ногтях всегда облуплен. Одежда в дырах. Я стараюсь, чтобы дома было чисто, еда была готова вовремя, дети были заняты и ложились спать по расписанию. Дни идут, и прошло очень много времени, пока я не поняла, что мы с мужем больше даже не смотрим друг на друга.

Мне никогда не было так грустно. Все наши сбережения уходят на то, чтобы у детей была одежда, еда, игрушки. И это. Никогда. Не заканчивается.

Я совершенно невидима. Когда к нам приходят гости, дети всегда в центре внимания. Я не помню, когда в последний раз разговаривала со взрослыми без того, чтобы нас перебили 25 раз. Чаще всего я сдаюсь и просто ухожу в другую комнату, где до меня доносится лишь шум их голосов.

Я люблю их. Но я — не они.

Я люблю тишину. Я люблю слушать птиц. Люблю глубокие разговоры с интересными людьми в полутемных барах поздно вечером. Я люблю, когда спрашивают моего мнения и люблю высказывать его. Я люблю забраться под мягкое одеяло и почитать. Я люблю писать.

Я люблю очень длинные прогулки в лесу: потеряться на природе, бродить до мозолей на ногах, с листьями, застрявшими в волосах. Люблю смотреть документальные фильмы с субтитрами. Люблю читать на пляже под шум волн. Люблю винтажную одежду и ходить за покупками. Люблю педикюр. Цветы. Есть вкусную горячую пиццу на бумажной тарелке в грязной маленькой пиццерии.

А еще я люблю, когда мои дочки смеются. Люблю, когда они укладываются рядом и играют с моими волосами. Люблю, когда они говорят, что я лучшая мама в мире. Люблю растить этих сильных и независимых девочек, которые однажды покорят мир. Я люблю узнавать каждую из них. Люблю быть единственным человеком, который может их утешить, когда им грустно.

Я — мама Джейн и Эммы, а еще я  — другая девочка, у которой когда-то были свои мечты и огонь в сердце.

Я мама, но я — отдельный человек. Я по-прежнему прячусь где-то там, внутри. Под этой старой одеждой и ногтями с облупившимся лаком. Я просто жду, пока кто-нибудь снова меня увидит. Жду, когда смогу вернуться к той жизни, что у меня была  — и той, о которой я когда-то мечтала..."