Спортсмены
Мы с Артёмом любим ходить на спортивную площадку в парке...
фото
Олег Астахов

Мы с Артёмом любим ходить на спортивную площадку в парке. Артёму там нравится лесенка, мне — скамейка с удобной спинкой. 

Все остальное на спортивной площадке меня решительно раздражает. Особенно меня раздражают все эти неприятные розовощёкие активные люди, одетые не по погоде, как их, а, спортсмены! Мало того, что они рябят перед глазами на самой площадке, так ещё и бегают вокруг нее по парку. Один такой бежал, с виду даже постарше меня, хотел я ему открыть страшную правду, мол, ты не от инфаркта, а к инфаркту бежишь. И открыл бы, если бы догнал. 

Отчасти разряжают обстановку классные парни, которые прогуливаются по парку со своими спутницами. Проходя мимо спортивной площадки, в девяноста случаев из ста все они делают одно и то же. 

С деловым видом отделяются от своей половинки, предварительно развернув ее лицом к площадке, подходят к турнику, виснут на нем, дёргаются, как висельники, прости Господи, хорошо, если штаны не спадают. Спрыгивают, возвращаются на исходную к спутнице. 

— Сегодня что-то не выспался, а так было бы еще лучше. 

— Да о чем ты, полтора раза в твоём возрасте — это очень круто. 

Надеюсь, она о турнике хотя бы. Однажды мы с Артёмом, как обычно, ошивались на той площадке. Артём сдавал только ему ведомые нормативы на своей лесенке, я возлежал на лавочке как римский патриций, двое спортсменов подтягивались на турниках, плечистые, стройные, жизнерадостно-отвратительные. 

Мимо проходила компания — два мужичка и две женщины. Мужички предсказуемо отделились от своих дам, зашли на площадку и повисли на турниках, которые в этот момент оказались свободны: у спортсменов был перерыв между подходами. 

Надо отдать мужичкам должное: они висели мужественно. Никаких гимнастических фрикций не наблюдалось: они даже не пытались. Видимо, они хотели перевисеть друг друга на глазах у своих женщин. 

Спортсмены стояли поодаль плечом к плечу хмурые. Очевидно, продолжительность перерывов между подходами имела для них значение, турников была только пара, а мужички, идущие на рекорд в дисциплине синхронного зависания, уступать снаряд явно не собирались. 

— Как же эти дыни задолбали, — негромко сказал один спортсмен. 

Только теперь я обратил внимание на сходство висящих мужичков с дынями: сверху и снизу — сужение, а посередине — изящная округлость. Судя по трагическим ноткам в голосе, спортсмен имел в виду не конкретно этих двоих, а делал некое обобщение на своём горьком опыте. 

— И не говори, — тихо согласился другой, — вон чувак с ребёнком, честно дрыхнет на своей лавочке и не рыпается.

Для протокола сообщу, что я не дрых, но речь сейчас не об этом. 

— Володя, слезай немедленно, у тебя грыжа! — крикнула одна из женщин. 

Володя тут же обрушился, а за ним и его дружок. 

— Повезло тебе, — подытожил Володя. 

Хромая, они поковыляли догонять своих женщин. Живчики вернулись на турники, а я лежал и блаженно улыбался. 

Ещё бы — меня похвалили спортсмены!