13 июля 2021

Следы и отпечатки

Хаос пугает. Спокойнее, когда все «в порядке», все «нормально»...
Следы и отпечатки
668

Недавно я убирала дома и увидела следы лапок на камине: видимо, кошка прогуливалась где-то, в другом измерении, а потом оставила маленькие пыльные отпечатки на ярко-бордовой глянцевой стенке. Она же распушила дорогущие шторы в спальне на множество полупрозрачных ниточек.

Пока я пыталась вытереть отпечатки, в ногу мне ткнулся мокрый нос, собака притащила игрушку – некогда она была милой резиновой хрюшкой, хотя сейчас в это трудно поверить: уши и нос обкусаны, в боках прорехи. Собака обожает играть – бросаю хрюшку, она ловит, лапами и мордой, как настоящий вратарь. Уморительно смотрится, но когда собака пытается затормозить, у нее скользят лапы, а на гладком полу остаются царапины. Царапины, которые невозможно не заметить. Как и ножку старинного пианино, обгрызенную с разных сторон. Она напоминает о тех временах, когда собака была щенком. А еще угол деревянной лестницы и плинтус в ванной.

На стене в гостиной висит карта мира с животными и огромный рисунок-аппликация, сделанный дочкой. И флажки, и воздушные шарики – мы развешивали их к импровизированному празднику и решили оставить. На двух столах лежат карандаши, фломастеры, ножницы, всевозможные поделки и рисунки разной степени готовности. Огромная часть книжных полок занята детскими книгами, которые я художественно выкладываю – как на витрине книжного магазина. А дочь тут же приводит в более естественное состояние.

Когда ей было два года, дочка разрисовала белую стену на кухне красным фломастером. «Ну что это такое», — всплеснула руками я, а затем попыталась подобрать слова так, чтобы она поняла всю глубину проступка: «Ведь это кака». «Нет, это не кака, это красиво», — уверенно ответила дочка.

Спустя время она нарисовала комикс за колонной (в этот раз так, что я не сразу его обнаружила). А еще однажды набросала в бассейн кучу камушков, мячиков, игрушек и даже сачок. На мое недоуменное «Что это и зачем???» ответила без тени сомнения: «Это Миро». Я тогда присмотрелась: и правда, получилось похоже на его яркие абстрактные композиции.

Подобное происходило и с одеждой. Ассиметрично разрезанную белую футболку дочка с гордостью надела в детский сад. Хотя и выглядела в ней, как персонаж фильма про выживших после апокалипсиса. Она удивленно посмотрела на мужа, который попытался что-то сказать про то, что дети будут смеяться. И нет, никто не смеялся.

А когда мы с ней собирались на месяц в гости к бабушке с дедушкой, муж, который не мог с нами поехать, посетовал, что будет скучать. «Погоди», — сказала дочка и ушла в ванную. Через минуту появилась с огромным светлым локоном, который она безжалостно срезала, чтобы оставить в качестве сувенира-напоминания о себе. Волосы отрастали долго. Каждый раз, пытаясь сделать из них подобие прически, я вспоминала этот момент. 

Хаос пугает. Нам спокойнее, когда все «в порядке», все «нормально». Это дает ощущение контроля над ситуацией. И в собственной жизни нам тоже порой страшно сделать лишний шаг, если он выходит за рамки привычного: попробовать новую еду, подключиться к проекту, довериться незнакомому человеку, начать отношения.

И мы так цепляемся за привычное, что когда дети или животные  легко и непринужденно разрушают заведенный порядок, приходим в ужас и пытаемся их остановить. Мы краснеем, когда они вслух спрашивают о том, что им интересно. Смущаемся, когда дети ведут себя, как дети, а собаки, как собаки. Пытаемся сделать так, чтобы в доме не было заметно присутствия настоящего ребенка или животного. А еще стесняемся своего тела, выносившего и родившего малыша, пытаемся вернуть его в состояние «до». Хотим, чтобы по нам не было заметно, что мы прожили 30, 40, 50 лет. Как-будто это стыдно.

На самом деле, проблема не в том, что нам жалко обгрызенной ножки стула и разрисованной стены. И наши морщины мешают отнюдь не нам. Просто кажется, что мы теряем какую-то часть себя. Уходим прежние мы — молодые, свободные и независимые. С интеллектуальными разговорами до утра за бокалом вина на террасе у знакомого художника. С дизайнерским интерьером, где каждая вещь на своем месте. С весом 49 кг и гладкой кожей.

Но мы не натюрморты. Не скульптуры и не картины. Мы постоянно меняемся. И если задуматься, самое прекрасное в моей жизни всегда сопровождалось разрушением прежнего уклада. Сильными эмоциями. Адаптацией. А иногда и необходимостью расстаться со старым и привычным.

Переезд в другую страну стоил мне хорошей работы, возможности видеть друзей и семью, когда захочется. С появлением дочки закончилась беззаботная жизнь человека без обязательств. Животные принесли с собой новые обязанности, новые траты, беспорядок.

Но все это создало меня заново. Позволило понять вещи, которых я раньше не понимала. Увидеть то, что было для меня недоступно. Сыграть новые роли. Получить новый опыт. И кое-что еще.

Пыльные отпечатки на глянцевой поверхности камина. Закаляки на стене кухни. Ножки пианино, пострадавшие от зубов щенка. И мокрый нос, и виляющий хвост. И тепло, и мурчание. И невероятная любовь к маленькому человеку, и счастье видеть, как он растет рядом. И возможность быть частью этого...

Все эти вещи – моя жизнь. Все это – следы и отпечатки того, что со мной происходит и происходило. И во всем этом нет ни единой потери. Но есть много, много приобретений. Ценностей, которые уже никуда не исчезнут, потому что они – часть меня.