6 марта 2021

Сексуальное образование

Мое сексуальное образование началось, как и полагается в хороших домах, в семье...
Сексуальное образование
134409

Мое сексуальное образование началось, как и полагается в хороших домах, в семье.

Оно проходило в два этапа. В двенадцать родители показали мне в художественном альбоме репродукцию картины Гойя «Маха одетая». А в тринадцать, гулять так гулять, репродукцию картины Гойя «Маха обнаженная». 

Я пишу «родители», поскольку, как и полагается в хороших домах, все решения в семье выдавались за коллегиальные. На самом деле это, конечно же, было сугубо мамино решение, папа отнёсся к предприятию скептически и во время мистерии с альбомом смотрел на заднем плане хоккей. 

Момент моего знакомства с «Махой обнаженной» совпал с выходом в советский прокат легендарного фильма «Маленькая Вера». По нашей школе о нем ходили легенды. Все девочки с именем Вера были нарасхват. Такова сила искусства. Один старшеклассник как сходил на вечерний сеанс, так потом всю неделю и дефилировал по коридорам весь красный. 

Учителя, как только узнали, сразу решили помешать нашему паломничеству к Наталье Негоде. Они легли костьми и встали грудью. И все это перед местным кинотеатром. Костьми лёг пожилой физрук, а грудью встала завуч. Эти двое ловили учеников на входе в кинотеатр перед сеансами «Маленькой Веры». 

Мы попались одними из первых, когда про блокпост ещё не было широко известно. Мои товарищи-хулиганы, жившие на инстинктах, успели уйти через подворотню, а меня сцапали. 

Инстинктам я решил противопоставить разум. И когда завуч запричитала, куда это я собрался, а ещё отличник, я ответил, мол, ничего не знаю, думал, что это детский фильм, Вера-то маленькая. 

По тому, как физрук помотал головой, Штирлиц понял, что это провал. 

Домой в тот вечер я принёс дневник, в котором впервые в жизни мне записали замечание. На семейном совете мама дрожащим голосом прочла вслух запись, сделанную по диагонали кроваво (так мне казалось)-красным карандашом:

«Собирался смотреть порнографию». 

Это написал физрук, естественно. Завуч нашла бы более деликатную формулировку. 

— Искусство! Классика! Романтизм! — сказал отец, явно передразнивая маму, — говорил же тебе, что Гойя его не остановит.