25 декабря 2020

Мой рок-н-ролл
— Мама, мы с папой мотоциклисты!
Мой рок-н-ролл
778

Артем увидел по телевизору фрагмент какого-то фильма, в котором фигурировали байкеры, нарисовал себе фломастером татуировки и пришел ко мне с вопросом, какую музыку слушают мотоциклисты. 

Я отвел его в детскую и включил свою подборку русского рока. Мы с сыном неистово танцевали под «Я остаюсь» Крупнова, и для меня это был больше, чем танец: я вспоминал свою рок-н-рольную молодость, которую я предал ради сомнительного плюшевого благополучия. 

— Мама, мы с папой мотоциклисты! — закричал Артем, когда в детскую вошла жена. 

— Надо же, как интересно, — ответила она, и я понял, что просто так меня не отпустят, — твои татуировки, сынок, я вижу, а где же папины?

— А правда, папа, где твои татуировки? — добродушно и, в отличие от, безо всякого сарказма спросил ребенок. 

Я закатал правый рукав. 

— Ого! — воскликнул Артем. 

— Чего ого, это просто большое родимое пятно, — как всегда некстати сказала правду жена. 

— Да я был неформалом! Трудным подростком! — вопил я, закапывая себя все глубже. 

— Стоп! — наконец догадался я и вылетел из детской. 

И пусть мне пришлось покопаться в комоде со старыми вещами, но в комнату я вернулся все-таки триумфатором — в своей подростковой майке с Цоем на груди. Жена при виде меня начала неприлично ржать. А за ней и Артем, скорее из-за заразительности ее смеха, чем по какой-то иной причине. 

Майка оказалась мне на несколько размеров мала. Принт на моем барабанистом животе разъехался в стороны настолько, что Цой напоминал лохматого колобка. С моей рок-н-рольной молодостью в этот момент было покончено навсегда.