14 декабря 2020

Развод с родителями
За этим термином кроется сильное увеличение дистанции общения с «токсичными» родителями...
Развод с родителями

Источник: Ресурсная психология. Психологическая реабилитация


Последнее время одной из частых тем психологических книг и журналов стал так называемый «развод с родителями». За этим термином кроется сильное увеличение дистанции общения с «токсичными» родителями (то есть практикующими систематическое психоэмоциональное насилие) либо полное прекращение всякого общения с ними.

При каких обстоятельствах лучше «развестись» с отцом или матерью, а также, как это возможно делать, уже написано немало текстов. А как это выглядит на практике, по ощущениям детей, выбравших столь радикальное решение проблемы? Есть целые сообщества, в которых дети описывают свои ощущения, иногда год за годом. Изучив их, я задала также несколько вопросов знакомым, и попыталась выделить какие-то если не общие, то очень распространённые моменты.

Это травматично

Мало кто из детей просто беззаботно убегает вдаль, на следующий день забывая маму или папу. 

Во-первых, практически для каждого ребёнка фигуры родителей так значимы, что до последнего теплится надежда однажды обрести их любовь. Развестись – значит, признать, что любовь эта невозможна. Это больно. Это оставляет огромное чувство потери.

Во-вторых, в процессе развода токсичный родитель часто усиленно наносит удары по самым чувствительным местам (которые сам же когда-то и сделал чувствительными – для своего удобства). Он может стать жалким или ласковым, чтобы надавить на чувство вины, или, наоборот, попробует сокрушить ещё слабые, с большим трудом возводимые границы напором агрессии, вплоть до физических действий. Может начать манипулировать возможностью получить материнскую или отцовскую любовь, которая так нужна была прежде.

Он может начать морочить голову, сбивать с толку, так, что ребёнка одолевает страх сделать что-то радикально неправильное или сомнение, что он вообще понимает, что происходило между ним и родителем раньше и происходит сейчас. Такая тактика называется газлайтингом, и про него написано множество статей – но обычно в контексте отношений с практикующим насилие партнёром.

Особенно тяжело, когда родитель, с которым разводишься, собирает против тебя настоящую армию. Подключает родственников, чтобы они тебя вразумили («довела отца почти до инфаркта!», «мать вся в слезах, целыми днями пьёт валерьянку, что ты творишь!» - и такое ребёнок слышит от десятка-другого человек). Названивает друзьям, романтическому партнёру, бывшим партнёрам, сотрудникам, начальству, разыгрывая настоящие драмы, чтобы те вошли в положение. Все узнают историю твоей бесчувственности, и отношение к тебе некоторых людей ощутимо портится – что тоже добавляет стресса и травмирует.

В общем, в отличие от супружеских, такие «разводы» никогда не бывают безболезненными. Они требуют ресурса. А ещё – они почти невозможны, если ты остаёшься на одной территории с токсичным родителем. Тут у него гораздо больше возможностей портить тебе жизнь и ломать твои границы. Поэтому разводу с родителем почти всегда предшествует побег.

Дочери обычно сбегают замуж, часто буквально за первого встречного. Сыновья порой буквально бомжуют или живут на найденной подальше от дома работе. Иногда сепарация, нужная для развода, проходит мягче: ребёнок уезжает учиться в другой город и переходит к разводу, когда там освоился.


Сценарии после развода очень разные


Многие дети пытаются устроить перезагрузку отношений с родителями. Например, общаться, словно ничего не было, если родитель готов вести себя мягче, чтобы не утратить контакт с ребёнком. Или вместе ходить к психологу, если только сеансы не будут превращаться в драму о несчастном, преданном отце или матери. 

Увы, в абсолютном большинстве случаев перезагрузки не получается. Родитель или хочет назад прежние отношения, или начинает новую игру, получая эмоциональные выгоды от поддержки окружающими его как жертвы.Другие «разведённые с родителями» сразу испытывают облегчение и стараются остаться при чувстве комфорта, отныне и впредь избегая общаться с матерью или отцом, от которого бежали.

Случаев, когда дети вообще поддерживают какой-то контакт с родителем после «развода», сумев выстроить жёсткие границы и свести общение к вежливому минимуму, очень мало. Многим приходится перерабатывать с психологами не столько детские травмы, сколько травму от нежелания родителя налаживать отношения. Отказ от извинений за перенесённое, отрицание причинённого насилия, отказ принимать какие-либо другие формы общения, кроме как с позиции власти. Не говоря уж о нападках и привлечении «армии» для массированной атаки.

Тем не менее, сценарии эти объединяет одно. В долгосрочной перспективе ни один ребёнок из тех историй, что нам удалось найти, не пожалел о разрыве отношений или радикальном отдалении от родителя. На ранний период могут приходиться страхи, сомнения, проблемы с необходимостью решать проблемы не только без помощи, но даже с помехами со стороны родителя. Но через несколько лет ощущения меняются радикально.

Многие обнаруживали, что они не «странные», не нуждающиеся в особой заботе. Исчезли неуверенность в себе, ночные кошмары, панические атаки, депрессивные эпизоды, и отпал вопрос, как с этим справляться без помощи. У многих прошла склонность постоянно болеть простудами и проблемами с ЖКТ, пропали мигрени и многое другое, что, казалось, и делало прежде зависимыми от родителей. Круг общения сменился на более комфортной, так что перестало быть важным, что думает прежние общие с мамой или папой знакомые.

К сожалению, нельзя сказать, что без помощи психолога проблемы исчезали полностью. Многих продолжают одолевать комплексы относительно внешности и личных качеств, синдром самозванки. Но то, что жить стало намного легче, отмечают практически все. А ещё – почти все упоминают изменение телесных ощущений, пластики, осанки, умения получить удовольствие от самых обычных вещей.

Из не таких позитивных последствий развода – токсичные родители почти никогда не сдаются. Они сохраняют ощущение права собственности на всю жизнь и постоянно пытаются вернуть себе «объект собственности». Они годами осаждают, преследуют, давят по кругу на одни и те же кнопки, игнорируя тот факт, что явно не делают отношения лучше и уж тем более ничто не возвращается на прежние места.

Даже бывшие мужья преследуют не так долго, как родители после развода с ними. Многие дети после развода приходят ко смене города, а то и страны проживания, чтобы чувствовать себя максимально безопасно в свете этих преследований. Впрочем, чаще к этому приводит цепочка случайностей… Или так кажется самому преследуемому.