Первый год мама
Дарить иногда радостнее, чем принимать подарки. И родительство - об этом...
фото
Евгения Валла

Сегодня моему сыну исполняется год.

И я не знаю, как выразить словами могучую любовь, что выросла во мне за это время. Любовь, не сравнимую с любовью к мужчине, родным или друзьям. Это чувство рождается где-то на физическом уровне и поселяется в генетическом коде, разрастаясь с каждым обновлением клеток. Потребность беречь, защищать и заботиться, естественная и необходимая, как инстинкт самосохранения.

Хотя инстинкт самосохранения, конечно, немного выигрывает – я буду честна. Когда я чувствую, что батарейка села и отдавать больше нечего, то должна закрыться, убежать, спрятаться – и наполнить себя заново. Чтобы снова отдавать.

Дарить иногда радостнее, чем принимать подарки. И родительство - об этом. Ты тратишь силы, время, деньги, эмоции, чтобы твой ребёнок был счастлив. Носишь его на отсыхающих "ручках", катаешь на себе, тяжело дыша, покупаешь ему самые лучшие продукты и тащишься в парк на чёртовы куличики - потому что там прикольные карусельки для малышей, – и всё это как-то само собой.

Никто не учил меня жертвенности. Я читала, что важно помнить о себе, что собственный ресурс ценнее – и третье, пятое, десятое.

Но что-то внутри заставляет меня делать всё это, и я млею, как школьница на концерте Иванушек в 90-е, когда мой сын хохочет от радости. Его радость - это мой наркотик. Достаточно тяжёлый. Не думаю, что уже получится от него освободиться.

Недавно я надевала на Леона ботиночки перед прогулкой. Он был не в духе, дёргался, извивался, и засунуть непокорную ножку в обувь было непросто. А мне зачем-то это было очень надо.

Я начала психовать, Леон – орать громче, процесс не двигался. И вдруг меня осенило: а ради чего, собственно, я мучаю себя и ребёнка? На улице не настолько холодно (на момент написания текста только начинался сентябрь) – можно и в носочках отправить. И я забила болт на ботиночки, быстро натянула на Леошку носки и повезла гулять.

И стала после этого периодически ловить себя на мысли: я делаю что-то, потому что мне кажется, что надо, – или потому что надо действительно?

Так было ещё с чисткой носа. В роддоме мне сказали, что до 2-3 лет я должна каждый день обрабатывать ребёнку нос, потому что сам он пока очистить его не может. И я исправно издевалась над младенцем, пихая ему в нос ватные турундочки почти ежедневно. И он орал. Хотя особых детских страданий из-за невозможности дышать я ни разу не наблюдала.

Потом на одном из приёмов у педиатра я уточнила, как долго ещё мне заниматься этой ерундой? На что наш врач знатно удивилась и сказала, что если ребёнок нормально дышит, то можно вообще его не мучить. Это было откровение! Я вздохнула свободнее! И Леон, кстати, тоже.

Мне хочется научиться отделять мух от котлет – что действительно нужно ребёнку, а что ему "полагается". И делать выбор в сторону реальных потребностей.

Даже если незнакомой тётке придётся остаться недовольной, что мой сын только в одном носочке. Потому что второй он стащил и, довольный, жрёт его уже минут десять. Бабуся, идите своей дорогой, я послежу сама за своим ребёнком.

Раньше мне казалось, что материнство – это такая банальщина, ну о чём тут можно интересно говорить? А потом выяснилось, что это просто бездонный колодец животрепещущих тем! Тут тебе и противостояние поколений, и собственные детские травмы, и неожиданные приключения каждый день, и 50 оттенков детских какашек. На каждый день года можно найти новую тему и рассуждать на неё не меньше часа. Которого у меня, конечно, нет.

За эти 12 месяцев я изменилась. Стала умнее, выносливее, терпеливее, нежнее. А может, это и было во мне, но пробудить смогло только материнство.

Материнство закаляет. С каждым днём ты становишься сильнее. Даже когда кажется, что никогда не была такой слабой. Но на самом деле, ты - великая мощь.

Двигатель эволюции. Праматерь поколения. Источник энергии и счастья для целого (а может, даже и не одного) человека.

Я больше не могу в любой момент рвануть, поехать тусить и пить мартини до утра. Но зато могу ощущать безмерную любовь своего ребёнка, слышать его смех, когда катаю на ручках, и чувствовать, что для него я - целый мир.

Так что, да ну его, этот мартини. У меня есть кое-что покруче.

П. С.: Хотя... нет. Иногда всё-таки бы хотелось.