Место во вселенной
Человеку надо чаще смотреть на небо...
фото
Ольга Агеева

С конца января солнце ежедневно новое. С каждым утром оно все объемнее, ослепительнее и шире. Узкие формочки улиц разъяли пышный солнечный торт на небольшие порции, доступные человеку.

Ноам Хомский в одной из свои лекций рассказывал, что в Америке, в некоторых университетских городках на тротуарах пишут напоминание: «Поднимите голову вверх», поскольку большинство шагает, уткнувшись в смартфоны. В Греции человеку проще, волю можно не тренировать: здешнее небо увлекательнее гаджетов. Днем – облака вперемешку с мирными бело-розовыми взрывами миндальных цветов, вечером – красноликий остросюжетный закат, ночью – тихая математика созвездий. Минимум искушений. Поэтому и кнопочные телефоны здесь не редкость – пейзаж с избытком компенсирует дефицит виртуальных удовольствий.

Прокопий, например, использует телефон по-старозаветному, то есть, только для того, чтобы звонить. Увидела его на агоре первым: стоит, как монумент, на пьедестале деревянного ящика, держит телефон левой рукой, пальцы правой собрал в крестное знамение, которое, впрочем, не пошло по своему обычному маршруту, а забуксовало в районе диафрагмы:

– Да… да! Так ты заедешь на рынок? Я для тебя всё сделаю!

Повесив трубку, наткнулся на свирепый взгляд своей помощницы Феодоры.

– Это по рыбе звонили, клянусь тебе, по рыбе! – небожно докрестился Прокопий.

***

– Мне бы капусты на долму, – негромко попросила старая Афродита, перегнувшись через прилавок.

– Пойдем со мной, покажу… – в тон ей интимно понизил голос Григорис. – Имеются у меня два кочанчика... Уникальные, между нами говоря, кочаны!

***

– А дети у него есть? – расспрашивала госпожа Марфа госпожу Андромаху про какого-то их общего знакомого.

– А как же. Двое – Орест и Кибела.– Что ты говоришь, – удивилась Марфа. 

– Почему он дал им такие странные имена?

– Ничего странного, – пожала плечами Андромаха. – Просто так звали его родителей.

– Я почти не гуляю, – вздохнув, продолжила смолл-ток Марфа. – Выхожу изредка… В такие дни, как сегодня. Чтобы на меня посмотрело солнце.

***

Господин Дионисий набрал целый мешок колючей травы сколимус. Обратился к Нектарию:

– Друг! У меня нет женщины. Покажи, как его чистить!

– Да вот тут обрезаешь и все, – показал ему на корешок Нектарий. – Так… 

Ну, поскольку ты холостой, маковые листья на пирог тебе не предлагаю.

***

Апостол привез новинку – артишоки.

– Десять артишоков за талер! Убирает жир из печени! И злобу тоже убирает!

– Откуда ты знаешь про злобу? – спросила у него госпожа Фотини, набирая в сумку головки артишоков, плотно облепленные плотными листьями, напоминающих чешую дракона.

– Их попробовала моя теща…

– И?

– И завещала мне свой дом!

***

Спирос и Аристотель Пеппас увлеченно играли в теннис. Вместо мячика у них была фисташка, а вместо ракеток – совочки, которыми торговцы отмеряют фасоль и орехи.

– Эй, Аристотель! – крикнул ему Менелай. – Ты, я смотрю, так занят… Может, тебе помочь?

– Нет, – серьезно ответил ему Аристотель. – Сейчас я занимаюсь тем, в чем мне никто не может помочь!

***

– Эй, Прокопий. Давно хотел тебя спросить, – сказал господин Афанасий. – У тебя когда именины? Когда ты празднуешь?

– В день святого Весельчака! – подмигнул ему Прокопий. – Бери лаврака. У нас новая услуга: чистка в присутствии клиента. Как?! Ты не хочешь посмотреть? Стой, куда ты? Это же триллер!

***

Госпожа Урания расспрашивала Мариоса:

– В прошлый раз я купила у тебя белое вино. Оно оказалось хорошим. Теперь хочу попробовать красное. Чем оно отличается от белого?

Мариос нимало не смутился наивности вопроса.

– Красное лучше! – немедленно ответил он.

***

– Ах, Феодора моя, Феодора – распевал во все горло Прокопий. – Что может быть слаще тебя? Мёд? Нет! Деньги?... 

Повисла пауза.Феодора насупилась.

– Конечно же нет! – засмеялся Прокопий. – Ничего нет слаще тебя!

– Деньги все-таки важны. – усмехнулся Афанасий, краем глаза посматривая «триллер».

– Бумага! – возразил ему Прокопий. 

– Надо их уважать. Экономить, – упрямился Афанасий. – Может, мне еще сигареты бросить? И секс?!

– Но я думаю… – начал Афанасий.

– Ты думаешь, а я – знаю! – победно перебил его Прокопий.

***

Воздух пах приятной травяной сыростью. Манолис и Прокопий присели выпить вина под соснами. К ним пристроилась здоровенная рыночная собака по кличке Бубис.

– У нас в деревне похоже пахнет, – сказала я Прокопию. 

– О. Расскажи нам, как пахнет в твоей деревне? – оживился Прокопий.

– Ну… Один раз я приехала к бабушке и дедушке поздней осенью. Снег еще не выпал или выпал – не помню. Помню только, что ветки деревьев были голые, темные. Было очень тихо, пусто и холодно. В доме топили печку. Бабушка собрала последние «зимние» яблоки и сложила их на холодной веранде. Их было так много, что они там лежали везде: на полу, на буфете, на столе... Крупные, твердые, белые. И их запах соединился с запахом первого мороза … В общем, я не знаю, как объяснить…Прокопий взглянул на меня с пониманием:

– Ты вот что, Катерина. Живи лучше настоящим! А что? На своем месте труднее! 

Манолис, разнеженный чужой ностальгией, закурил и уставился в небо на пролетающую стайку птиц.

– А что, Прокопий, может, это души людей, как думаешь?

– Тебе, может, души, а вот ему, – Прокопий кивнул на Бубиса, – просто летающие собаки!

Солнце припекало, и Манолис попытался перетащить свой стул в тень. Прокопий ему помешал.

– Смотри в сторону света! – скомандовал.

– С ума сошел? – лениво отозвался Манолис. – Глазам больно!

– А ты тренируйся!

– Да не хочу я тренироваться, – отмахнулся Манолис.

– Если ты не будешь тренироваться, то как ты собираешься это уметь?!

***

Солнце село, взошли золотые зерна звезд. Одновременно загорелись желтые и красные окна домов. Человеку надо чаще смотреть на небо. Нет, это не сделает его счастливым, – но, может быть, поможет отыскать свое место во вселенной.