28 июня 2021

«Какая я красивая!»

Развить речь, чтобы полюбить себя
«Какая я красивая!»
6460
текст

Иногда что-то, услышанное или увиденное нами в детстве, однажды вспоминается нам, уже взрослым, и обнаруживает свой скрытый смысл. Я училась в третьем классе, когда учительница, Валентина Сергеевна, попросила учеников почитать по ролям сказку. «Ты, Миша, будешь за автора». «Катя — за зайчика». «Алеша — за петушка». «Федя будет за деда, а Ира — за бабу». «А ты, Лида, — обратилась он а ко мне, — читай за лисичку»…

Импровизированный концерт по ролям провалился почти сразу:

— Нет интонации! — возмущалась учительница.

— Читаете без чувств, — недоумевала Валентина Сергеевна.

— Мямлите так, что не разобрать, — расстраивалась она и задала нам дома поработать над речью.

Пожалуй, за нашу школьную жизнь, длиной в три года, это был самое трудное и самое непонятное задание. Всем хотелось узнать: как работать над речью? На какой странице какого учебника даны советы на этот счет? Какое упражнение нужно сделать, чтобы речь стала лучше? Но Валентина Сергеевна заканчивала урок в таком плохом настроении, что мы, дети, просто испуганно смотрели друг на друга, глазами спрашивая: «Ты понял, что надо сделать?», «У какого какие идеи по выполнению задания?», «К кому бежать за помощью?». Видимо, мое лицо было самым растерянным, а головой я мотала чаще других — то к задней парте, где сидел дед Федя. То к правому ряду, где Миша, который за автора, сидел как в воду опущенный. То к первой парте, за которой сидела отличница Катя-зайчик, вот-вот готовая разрыдаться…

— Лида, что-то не так? — Валентина Сергеевна подошла ближе и обняла меня за плечи:

— Тебе что-то непонятно?

— Да, - шепотом сказала я. — Я не умею улучшать речь… И не знаю, как буду улучшать.

Под рукой учителя, не поняв, что обнимая меня, Валентина Сергеевна хотела поддержать и успокоить, я уменьшилась на глазах. Вот сейчас, думала я, она разочаруется во мне, вообще-то хорошей ученице. Перестанет хвалить. Поставит в пример классу: «Не будьте, как Лида». Может даже маме позвонит и попросит на меня положительно повлиять…

— Работать над речью можно по-разному, — принялась разъяснять учительница. — Больше читайте вслух с выражением. Декламируйте стихи, вкладывая в них чувства. Веселое рассказывайте радостно и громко. Грустное — печально и тихо. Не спешите. Представьте, что вас слушает малыш, и нужно, чтобы он понял каждое слово. А еще… встаньте перед зеркалом и попробуйте 10 раз с разной интонацией произнести одну и ту же фразу…

— Какую? — уточнила я.

— Ну, например такую: «Какая я красивая!».

— «Какая я красивая!»? – удивилась я, а вместе со мной и Ира-баба, и Катя-зайчик.

— Да, именно эту фразу. Стоя ровно перед зеркалом, пристально глядя в глаза своему отражению, вслух и с разными интонациями, чтобы ни одна интонация не повторялась.

— И так 10 раз? — я никак не могла поверить, что развивать речь настолько просто.

— 10 раз утром. 10 раз в обед. 10 раз перед сном, — улыбнулась Людмила Сергеевна. — Думаю, больше не надо.

В третьем классе мы не смели ослушаться учителя. Я приступила к выполнению задания сразу после обеда. Мама из кухни с удивлением наблюдала, как я, стоя перед зеркалом в прихожей, произносила отражению:

— Какая я красивая!

Когда расхваливала себя перед зеркалом вечером, свидетелем выполнения домашнего задания стал вернувшийся с работы папа. Он дождался, когда я произнесу сама себе «Какая я красивая!» в десятый раз, подошел ко мне и сказал: «Доча, а ведь так и есть! Ты у меня очень красивая!»…

На следующий день в школе я встретила в раздевалке одноклассницу Веру. Вера часто болела отитами. Вата постоянно торчала из ее ушей. Она все время переспрашивала учителей, а мальчики смеялись над ней. Вера пришла после двух недель отсутствия. От нее неприятно пахло лекарствами. Она знала это и грустила. И тогда я своей самой лучшей интонацией сказала: «Какая ты красивая, Вера!». Вера улыбнулась. Мы за руки вошли в класс, где Катя-зайчик поливала алоэ на школьном подоконнике. «Какая ты красивая, Катя!» — сказала я и услышала в ответ: «И ты, Лида, очень сегодня красивая!».

Валентина Сергеевна вошла в класс и мы, девочки-третьеклассницы, бросились к ней, хором объявляя: «Какая вы красивая, Валентина Сергеевна!»

… Мне почти 40. Я давно уехала из города детства. Я не знаю, как сложилась жизнь Кати-зайчика, избавилась ли наконец от вечных отитов Вера, жива ли Валентина Сергеевна, ведь сразу после нашего выпуска учительница ушла на пенсию. Но каждый раз, когда мне тяжело или грустно, когда все валится из рук, болеют дети, не понимает муж, начальник не ценит, а вес к лету никак не спадает до идеального, я закрываюсь от всех в ванной на какие-то 10 минут. Встаю впритык к зеркалу… Мысленно запрещаю себе концентрировать взгляд на «гусиных лапках» в уголках глаз. На седых прядях, пробивающихся сквозь выкрашенные хной волосы. На пигментном пятнышке на правой щеке. На первых морщинах на шее, которая, как известно, предательски выдает возраст женщины. Я смотрю на себя и уверенным голосом произношу: «Какая я красивая!». Но еще не до конца в это верю… Только к пятому «Какая я красивая!» мне хочется самой себе улыбнуться и обнаружить: да нисколько оно не заметно, это пигментное пятнышко! На шестом «Какая я красивая!» — радуюсь, что седая прядь смотрится очень оригинально, словно я ее специально покрасила контрастным цветом. На седьмом «Какая я красивая!» — мне хочется переодеться в платье, а то все джинсы да джинсы. На восьмом «Какая я красивая!» — проблемы перестают казаться неразрешимыми, расходятся в захватившем меня круге, уступая место интересным идеям и приятным планам. На девятом «Какая я красивая!» я уже нисколько не сомневаюсь, что это так. А какая молодец! Сколько всего добилась и столько еще планирую сделать! Работа та, о которой мечтала. Большая дружная семья. И ведь окружающие уверены: что мне лет на 8 меньше. Умею же! Так держать! То ли еще будет! Я произношу в зеркало: «Какая я красивая!» в десятый раз и выхожу из ванной, полная сил и в прекрасном настроении.

В коридоре встречаю дочь-подростка, спешащую на прогулку. Опять эти ужасные ботинки в такую жару. Снова эта линялая футболка. Снова эти непонятные надписи маркером на джинсах… «Какая же ты у меня красивая!» — обнимаю я дочь. «Мама, и ты у нас такая красивая!» — дочь целует меня в щеку. Она спускается по лестнице к подружкам, которые ждут ее у подъезда. Я вижу ее спину и не вижу лицо. Но я знаю, моя дочь в этот момент улыбается самой счастливой улыбкой и не видит, что я, закрывая за ней дверь, улыбаюсь точно такой же!