Лучшее, что я могу сделать для своих детей
Пусть они тоже разговаривают с Набоковым
фото
Ольга Агеева

Когда я читаю Сорокина, мне все время чудится, что мы с ним перемигиваемся. Он говорит: "Катя, я знаю ты поймешь" или "Катя, до тебя допрет, я в тебя верю".

Борхеса называли "писателем для библиотекарей": в его произведениях была уйма аллюзий, цитат, отсылок, без энциклопедии под рукой не обойтись, иначе буквы останутся буквами, ты не считаешь нужные знаки, не примешь пас, Мисс Дырявые Ноги и Дырявая Голова.

Картины тоже говорят. Музыка звучит не просто так, она молит: "Катя, пойми меня". Та колонна в Цюрихе подала мне знак.

Музыка, литература, живопись, архитектура, танец - те языки, которые мы можем читать сотни лет спустя. Я открываю "Лолиту" и говорю: "Ну здравствуйте, господин Набоков, о чем мы побеседуем сегодня?". И он всегда отвечает.

Самое лучшее, что могли сделать (и сделали!) для меня мои родители - это окружили меня книгами. Я разговаривала с великими с самого детства, какое сладостное общество.

Марк задает очень много вопросов, и я рада, что могу ответить хотя бы на часть их них: про химию, происхождение Вселенной, орнитологию, суккуленты, в этих образовательных эпизодах я скорее принимающая сторона, он задает вопрос, а затем образовывает меня, глупый ничтожный кусок материи с логотипом.

Счастье, что всегда можно сказать: "Придет папа, и мы все узнаем", или "Давай погуглим", но обычно папа превыше Гугла, потому что я вышла замуж за правильного мужчину.

Недавно Марк ехал в машине вместе с сирийским дядюшкой Сухилем, начал расспрашивать, затем рассказывать про Вторую Мировую, Антанту, лендлиз, позицию Советов и как раньше Советы, то есть бывшая Россия, были друзьями со Штатами, но почтом что-то пошло не так, а еще была Оттепель, Хрущев и кукуруза.

Сухиль был потрясен. Он номер два в большой компании игроков в покер (номер один - Омар, говорю же, удачно вышла замуж), но он знал про Вторую Мировую меньше, чем без двух дней девятилетний мальчик.

Я не идеальная мать, очень-очень любящая, но не идеальная, у меня вечно печеньки в духовен пригорают.

Лучшее, что я могу сделать для своих детей - это окружить их книгами.
Пусть они тоже общаются с Набоковым.