«Иметь после родов послеродовую фигуру — это нормально»: почему нам пора избавиться от ненависти к собственным телам

Автор: Лена Аверьянова, главный редактор проекта для родителей НЭН (Нет, это нормально)/Источник

Фотография: Irmina Walczak


Привет, друзья. В разгаре лето — время пляжей и купальников, звездный час для всех стройных, подтянутых и довольных своим телом. И настоящий кошмар для многих женщин, комплексующих по поводу своего внешнего вида. Среди них есть те, кто борется с собой и общественным порицанием всю жизнь. Это отдельная проблема, заслуживающая внимания. Но сегодня мы поговорим о тех, кто столкнулся с со своим «чужим» телом недавно. А точнее, после родов. Мы публикуем замечательный текст Лены Аверьяновой, главного редактора портала НЭН (Нет, это нормально). Он о нас и о наших телах. Телах, которые вынашивают детей, рожают, подвергаются огромным нагрузках и гормональным изменениям. И после этого меняется сами. Это нормально и это красиво. Мы полностью согласны с мнением Лены и очень хотим, чтобы как можно больше женщин прочитали эту статью. А потом отстали от себя и от других. И вздохнули чуть свободнее.


Мы довольно часто обсуждаем с вами тему тела после родов. У нас выходили самые разные колонки, так или иначе касающиеся этой проблематики. Недавно вот вышла заметка о том, как Эми Шумер борется со стигаматизацией послеродового периода, во время которого от общества принято скрывать, что на самом деле происходит с женщиной. И в комментариях к этому тексту ожидаемо открылся портал в ад боди- и мамшейминга. А вот на днях мы представили в «Инстаграме дня» Ольгу Маркес, которая известна не только как певица и многодетная мать, но и как ярый адепт ЗОЖ. И оказалось, что ее внешность тоже очень многих не устраивает, потому что вызывает приступы самобичевания. Поэтому мы в очередной раз решили-таки взять в руки шашки и вновь высказаться на тему тела после родов. И призвать всех отстать наконец от женщин, друг друга и себя!

Короче, про тело после родов.

Я, еще когда не была так мощно включена в родительскую повестку, считала, что не стоит заниматься вопросами нормализации женского тела — его всевозможных форм, размеров, особенностей. Во многом потому, что меня саму после родов тема «возвращения в форму» не коснулась — все было так, как я привыкла. Во многом потому, что я, несмотря на то, что до декрета занималась в том числе и общественно-политической журналистикой, не придавала большого значения тому, что родительство вообще плохо встроено в медийное пространство. И считала, что раз никто особо его не обсуждает (кроме сугубо тематических форумов и зданий), то и не надо.

 Что сказать? Как молоды мы были! И как стыдно мне сейчас за то, что я, как и многие молодые матери сейчас, частенько была резка в своих оценках телесных особенностей других матерей (блин, мне это сейчас и в голову не придет — в принципе как-то там оценивать чужое тело, а если я и ловлю себя на чем-то подобном, то быстро возвращаю себя на место, напоминая себе, что люди не обязаны вообще производить на меня хоть какое-то впечатление и соответствовать моим ожиданиям). И я, как многие молодые матери сейчас, думала, что обсуждать тут нечего — все срочно избавляйтесь от несовершенств и возвращайтесь в строй в таком виде, будто вы никогда никого не рожали. Сказала Лена, которой просто повезло выжить в этой битве.

Но как только я погрузилась в тему достаточно глубоко, я вдруг поняла, насколько правы все авторы фотопроектов о женском теле вообще и теле после родов в частности. Медиа, которые (кто бы что ни говорил!) формируют современные архетипы в сознании аудитории, многие годы не давали обычным женщинам с обычными фигурами, с обычными последствиями беременности, родов и кормления ни сантиметра на своих полосах. Всюду мелькали (и продолжают) селебрити с плоскими животами, а если не дай бог на их попах папарацци обнаруживали целлюлит, то в их адрес летели стрелы адских бодишеймерских заголовков. Чего стоят хотя бы оценки в адрес отекших ног беременной Ким Кардашьян. Да как она вообще посмела! И ведь это писали женщины. В том числе изнурявшие себя диетами, ненавидевшие себя за любой шаг в сторону от навязанных стандартов, считавшие целлюлит заболеванием, с которым надо бороться.

А вокруг этих баррикад недостижимых идеалов продолжали жить своей жизнью те самые обычные женщины с обычными фигурами, изменившимися под воздействием гормональных перемен, существования времени на Земле и создания новой жизни. Те, которые не похудели к лету и не влезли в добеременные джинсы — словно это какая-то обязательная веха в жизни женщины. Сделай все возможное, но не показывай миру, что тебе уже 30 лет, у тебя есть ребенок, ты больше не можешь выглядеть после бессонной ночи, как свежая майская роза, да и бессонные ночи в твоей жизни случаются не спонтанно, а по расписанию, потому что — см. выше — у тебя есть ребенок.

И казалось бы, этим временам наконец-то потихоньку приходит конец, потому что нам надоело. Надоело не жрать, не расслаблять живот, не быть собой, скрывать себя и банальный факт того, что наша жизнь изменилась.

Все разные — и каждый день реальная жизнь доказывает нам это. Более того, это доказывали нам наши бабушки и матери, каждая из которых пережила разные трансформации в связи с беременностями и родами. Мы каждый день видели перед собой нормальные человеческие тела, но были уверены, что они некрасивы, что мы-то такими точно никогда не будем, что это какое-то исключение из правил, а нормально — это когда ты как Сара Джессика Паркер в «Сексе в Большом городе». Мы все просто находились в стадии отрицания. Но и до стадии принятия нам еще далековато.

И это очень заметно. Даже сейчас, во время новой волны социального просвещения, мы видим, что на отрицательной стороне шкалы общественной оценки феномена женского тела скорее размещаются идеи бодипозитива, который многие ошибочно считают агрессивной пропагандой телесного нездоровья. Тогда как жесткие диеты (даже во время беременности!), адская гонка за двумя «лишними» килограммами, отказ от еды в определенные часы и даже голодание все еще социально одобряемы. Да, мы уже научились смотреть на себя в зеркало без отвращения, но внутри себя мы все еще злимся на естественный ход событий. Какого хрена мне малы эти джинсы? Детка, потому что ты родила, это нормально. Купи джинсы по размеру. Хватит злиться на себя.

Пора сменить вектор. И каждый день напоминать всем, кто не может смириться с трансформациями тела после родов, что это тело совершило чудо. Я удивляюсь тому, что этот простой, казалось бы, факт, медиа, разговоры на кухне, наше собственное представление о себе, все это время упускали из виду. Что бы ни пытались рассказывать нам незнакомцы в соцсетях, каждая из нас супергероиня — возможно, в несколько потертых трико. Это не умаляет нашей суперсилы.

Наши тела создают людей. Питают их. Утешают их. А еще они производят гормоны — иногда кажется, что только для того, чтобы проверить нас на прочность. А иногда мы и сами запихиваем в них гормоны — потому что защищаем себя от нежелательной беременности или помогаем им, если они нуждаются в соответствующей терапии. В общем, наши тела — не просто картинки. Не просто какие-то оболочки, которые всю жизнь должны оставаться в рамках насаженных нам стереотипов.

И как здорово, что все больше женщин, матерей становятся в авангард этого движения, заявляя о своей телесности и ее праве на видимость. Сегодня этот активизм возглавляют Эми Шумер, Селеста Барбер, проект Take Back Postpartum и многие другие. Абсурд, конечно, что на дворе 2019 год, а мы только начали нормализовать женское послеродовое тело, которое вообще-то сопровождало историю человечества всегда. Но уж как есть. Лучше так, чем никак.

Идея self care, которую проповедуют многие медиа, освещающие темы беременности и родов, только способствует продвижению мысли о том, что иметь после родов послеродовую фигуру — это нормально. Нормально дать своему телу отдохнуть, зажить, залечить самое себя. Нормально вкусно и здорово питаться. Ухаживать за собой. Постепенно возвращаться к физическим нагрузкам или впервые в жизни обращаться к ним. И нормально, если тренировки или простые пешие прогулки — они не инструмент репрессивного отношения к себе, не палка для битья, не наказание за то, что тело тебя подвело. Оно не подвело, а изменилось. И если тебе хочется его поддержать и помочь ему стать более сильным и выносливым, что ж, это отлично. Но любая активность должна прежде всего исходить из благодарности к своей суперсиле.

Понятно, что за один день настройки в своей голове и уж тем более в массовом сознании не изменить. Но постепенно сделать это можно. Особенно объединенными усилиями, в том числе тех, кто считается обладательницами тех самых идеальных тел; тех, кто относится к категории «как будто и не рожала»; тех, из чьих джинсов не торчат знаменитые верхушки кексиков. Потому что именно от этой части женского сообщества, к сожалению, очень часто летят тапки в сторону тех, на чьих телах беременности и роды оставили ощутимые и заметные следы.

Если бы меня пять лет назад спросили, что я скажу дочери о том, как следует поступать в случае появления послеродовых растяжек, а бы не задумываясь ответила: скрывать их. Потому что я выросла с этой установкой, меня научили тому, что это фу, позор и некрасиво. Но я продолжаю учиться, меняться и узнавать новое. Продолжаю трансформироваться — в том числе и телесно. И сейчас я отвечу: не стесняться их.

К чему это я? К тому, что никогда не поздно начать менять взгляды, никогда не поздно искоренить ненависть к себе и тем изменениям, которые зачастую попросту неизбежны — и нормальны. Никогда не поздно отринуть женоненавистнические установки и начать жить.

Посмотрите вокруг: какие мы все разные! Любое материнское тело прекрасно и легитимно. Спросите у своего ребенка.