Педагогическое терпение
текст

Педагог и руководитель фольклорного ансамбля АТИМР «На огородной слободе"

АВТОР: ЮЛИЯ ЛАНЦЕВА, МАМА ДВУХЛЕТНЕЙ АЛИНКИ, ПЕДАГОГ И РУКОВОДИТЕЛЬ ФОЛЬКЛОРНОГО АНСАМБЛЯ АТИМР «НА ОГОРОДНОЙ СЛОБОДЕ»

ФОТОГРАФИЯ: ALAIN LABOILE

Если вы подумали, что я сейчас буду рассказывать вам про дисциплину на уроках и разные забавные выходки – вы не угадали! Хотя и на это терпения нужен целый вагон.

Но сегодня, я хочу рассказать именно про педагогическое терпение. Такое, когда очень хочешь быстрее все объяснить, рассказать, научить, но… Но понимаешь, что ещё рано. Ребенок не готов. И вот тогда и нужно оно.

Вот рисую я с дочкой. Ну, как сказать, рисую? Кисть у меня отобрали, краски тем более. Сидит дитё, в каждой руке по кисточке, на бумаги положенные возрасту каляки-маляки, перед ней стакан-непроливайка, (который, почему-то, замечательно проливается) и краски. Вот она опускает кисть в краску и начинает рисовать. А кисть-то сухая, противно скрипит, в предсмертной судороге теряет последние волосы… Но дочь неумолима.

Я ей спокойно объясняю, что кисточку надо в воду опустить, а потом в краску, тогда она хорошо рисовать будет. Показываю. Дочь внимательно смотрит, повторяет. А потом все, как раньше. Несчастная кисть, сухой скрежет бумаги, расковырянные краски.

И я вот сижу и думаю: «А что меня, собственно, больше раздражает? То, что она не хочет делать по-правильному? Как я показала? Или то, что она пока не понимает связи между смачиванием кисти и лёгким рисованием? Или что она понимает все, но хочет по-своему делать? Или меня просто раздражает этот противный звук и жалко несчастную кисточку за 20 рублей?»

Подумав, пришла к выводу, что, всё-таки, все дело в звуке. Бог с ней, с кисточкой, но вот этот мерзкий звук невыносим! Но это, в данном случае, мои проблемы, а не ее. Я могу ее ещё раз попросить рисовать по-другому, но постоянно дергать ее — значит отбить желание рисовать. А оно мне надо?

А с водой и красками она должна сама разобраться. Вообще, на мой взгляд, самое главное — не мешать ребенку самому понять. Не научить его делать правильно, потому что «так надо». И не выдрессировать его. А дать время самому понять. Так он научится думать, а не запоминать. И это в жизни больше пригодится.

Так что, я придерживаюсь такой политики. Если это никому не приносит вреда и не опасно для нее – пусть делает, как может. Если захочет помощи — пожалуйста, я рядом. Но вот учить чему-то специально? Нет, спасибо, у меня для этого работа есть. Ха-ха. Я ведь педагог, как-никак.

Хотя там тоже не все так просто.

Учу ребенка играть на свирели. Ребенок способный, уже много умеет и ноты, в принципе, знает. И вот занятие. На нем мы все уже повторили, поиграли упражнения и смотрим новую пьесу. Она ноты сначала мне называет, а потом играет. Делает это она медленно и вдумчиво: «Соль… Ми… Соль… Ми… Ой, нет, фа… Ре…» – слушаю я это, и еле сдерживаюсь, чтобы не подсказать. Или чтобы самой не сыграть. Ну потому что невозможно! – пять долгих минут называть 6 тактов!

Но, с тяжёлым вздохом, я себя останавливаю. Потому что, хоть медленно пока, но ребенок думает сам. Если я сейчас подскажу, то думать сам он перестанет. И я буду вписана в этот круговорот нот, до скончания века. А я этого, ой как не хочу. Поэтому я молчу. И продумываю в голове игру, где надо нотки на скорость называть.

Весь вопрос в том, зачем я учу? Чтобы выучить произведение и сыграть на концерте? Тогда, на этом этапе быстрее будет выучить «с рук». А если я хочу, чтобы он научился играть и смог сам потом играть сложные произведения, то тогда надо взять себя в руки и пережить этот этап.

Так что, вот ещё каким бывает терпение. И по сравнению с ним, терпение связанное с проблемами дисциплины, иногда кажется цветочками.