17 февраля 2020

Откуда берутся драконы
– Илюшенька, это рыбки для еды.
Откуда берутся драконы
821


– Бабушка, смотри: они открывают ротик! Они что-то говорят!.. Мне их жалко…

Я поворачиваюсь на голос и вижу мальчика в синей куртке и шапке с помпоном. Мальчик намного младше меня: мне одиннадцать, а ему – на вид годика четыре. Он стоит, уставившись на широкий стеклянный аквариум, где в булькающей тесноте толпятся рыбы. Большие, – в две моих ладони длиной, если считать вместе с вытянутыми пальцами. А некоторые еще крупнее. Их несколько десятков; им неудобно, тесно, они пытаются, расталкивая друг друга боками, добраться до трубки, из которой пузырями вытекает воздух. У некоторых на боках содрана чешуя, а на плавниках отпечатались какие-то буроватые пятна. Похоже на кровь. У рыб ведь тоже бывает кровь. Хоть она и течет не так сильно, как у людей.

– Илюшенька, это рыбки для еды.

К мальчику подходит пожилая женщина в коричневом пальто и вязаном берете. В руках у нее корзинка, где лежат хлеб, печенье, пакетик молока и брикет масла. У нее доброе лицо, и в голосе ее слышно сочувствие. Но на самом деле, она говорит как человек, который согласен с тем положением вещей, что видит перед собой.

– Их специально поймали и привезли, – поясняет бабушка мальчику. – Их покупают, чтобы готовить и кушать. Ладно, мой хороший, пойдем. Уже пора, скоро мама приедет…

Она договаривает фразу, и вдруг… отворачивается: ее внимание привлекла полка с какими-то ерундовыми полуфабрикатами. Всякие там окорочка, котлеты-колбаски… Она разворачивается и делает несколько шагов, словно ее к полке тянет невидимый магнит. Я знаю: это неспроста! Это знак! И за секунду оказываюсь рядом с мальчиком.

– Это неправда!! – быстро шепчу я ему. – Илья! Они волшебные!!

Малыш испуганно поворачивает ко мне лицо и смотрит на меня большими серыми глазами. Видно, что он верит и не верит тому, что я говорю. Я знаю: он верил бы сильнее, если б видел меня хоть раз до сегодняшнего дня. Но я все равно попытаюсь сделать, что могу.

– Эти рыбы – волшебные! – повторяю я. – Это карпы. Им можно загадать желание, и они исполняют! Я точно знаю, потому что я так уже делала! – Я почти тараторю, потому что боюсь не успеть сказать важное. – Только самое главное: чтобы желание сбылось, рыбку нужно выпустить! Понимаешь?? Надо ее купить, унести живой и отпустить!! В озеро или в реку!

Илюша хлопает глазами и смотрит на меня, не отрываясь. Он озадачен и, кажется, немного испуган. Он ни о чем не спрашивает, только переводит взгляд на аквариум и так же пристально вглядывается в толчею чешуйчатых спин.

Я знаю, что прямо сейчас он ничего не сделает. Не сможет: он ведь еще мал, да еще и растерян… Но я очень надеюсь, что он запомнит мои слова. Или пусть даже забудет, но однажды, в нужный момент, они всплывут у него в голове.

Потому что я не соврала ему. Нисколечко!

На Востоке всем известно, что карпы умеют исполнять желания. Этих рыб считают символом удачи и стремления к цели. А еще в году есть такой день, когда карпы, отпущенные людьми на волю, превращаются в драконов! Это происходит в Восточный Новый год. Он же – Новый год по лунному календарю. Его дата каждый год меняется, потому что лунный календарь не совпадает с обычным. И конечно, это легенда, но ее почитают, воспринимают всерьез. А любое верование, которое люди воспринимают всерьез, рано или поздно становится правдой. Это тоже всем известно.

У нас в семье есть по этому поводу целая традиция. Родители привезли ее когда-то из путешествий, и она осталась, прижилась. В канун Восточного Нового года мы с отцом и с мамой едем в супермаркет. Потому что где еще в нашем городе возьмешь в середине февраля живого карпа? Мы покупаем трех рыб. По одной на каждого члена семьи. Не выбирая – наугад, просим продавца выловить сачком из большого аквариума любых, что попадутся. Ничто на свете не происходит случайно, если нам достались именно эти рыбы – значит, такова их судьба.

Мы сажаем их в большой пакет (на самом деле, пакетов приходится взять несколько, и вложить друг в друга, чтобы получился прочный, надежный мешок), просим налить туда немного воды из аквариума и везем на набережную.

В феврале там, как правило, лед, но возле берега обязательно бывают местечки, где есть щели с водой. Не знаю, почему: по всем правилам, они ведь должны замерзать. Но, тем не менее, мы всегда быстро находим лазейку для наших карпов. Каждый аккуратно вынимает из мешка свою рыбу; держать ее нужно крепко, потому что карпы на самом деле очень сильные, так и норовят вырваться – хоть на миг, а ближе к свободе! Загадывает желание и подносит к воде. Карп делает стремительное движение всем телом, с плеском прыгает в воду. И тут же уходит в глубину, под лед. Только его и видели.

А мы потихоньку разворачиваемся и идем от реки. Неторопливым шагом, вначале по набережной, потом поднимаемся по ступенькам, минуем небольшой парк, где лежит снег. Мама с папой идут обнявшись, а я – с кем-нибудь за руку. Или под руку. В такие моменты почему-то очень всегда хорошо и спокойно на душе. Иногда мы разговариваем о каких-нибудь планах. А иногда просто думаем о чем-то своем, и смотрим на небо, птиц, дома, на занесенные снегом кусты и деревья.

…Только в последний раз, когда мы приехали за своими карпами, произошла странная история.

Когда мы, запыхавшись, подошли, почти подбежали, к отделу с аквариумом – родители в этот день допоздна работали, потом мы быстро-быстро собирались, спешили, чтобы успеть в супермаркет до закрытия, – так вот, когда мы приехали, и я на одном дыхании выпалила женщине-продавцу: «Здравствуйте! Выловите для нас, пожалуйста, трех карпов!» – папа вдруг поднял ладонь, и, протягивая другой рукой большой пакет, произнес:

– Нет, на этот раз… не трех. Четырех.

– Это почему? – машинально спросила я. – Как это?..

Я повернулась к папе и увидела, что он смотрит на меня. И мама тоже. И что-то такое у них было в лицах, что заставило меня догадаться обо всем прежде, чем они успели что-то сказать!!!

Неужели правда?!

Нас что, теперь четверо?!

– А-а… – проговорила я (наверное, мои глаза к тому моменту превратились по размерам в плошки, как у той собаки из сказки про огниво!) – А он… уже есть?? – спросила я, и поняла, что разговариваю шепотом.

И мама с папой в ответ утвердительно покачали головой.

Пока мы шли до набережной, я то и дело ловила себя на мысли, что не чувствую, как ступаю ногами по земле. Это ж надо, а?! Скоро наша семья станет больше на целого еще одного человека!!! Как же оно тогда, интересно, всё будет?!… Мне было радостно, очень радостно!.. так что даже глубже и быстрее дышалось; и в то же время – как-то опасливо, что ли…

Когда мы подошли к берегу, – февраль в этот раз выдался теплый, льда на реке практически не было, – папа сказал:

– Сегодня каждый отпустит своего карпа, со своим желанием. А потом мы вместе выпустим четвертого. Мы пожелаем ему того, что каждый из нас захочет. И в этом году – у каждого будет свой дракончик-талисман. А хорошей кармы, и удачи, и внимания, и тепла – всегда хватит на всех.

И мы отпустили, по очереди, каждый свою рыбу. А потом мы с мамой приложили руки к пакету, где сидел последний. Мы почувствовали, как карп двигает телом и хвостом. Папа держал пакет; лица у них с мамой были какие-то необычные – почти детские, и мне первый раз пришло в голову, что мы, все втроем, сейчас выглядим, как дети. Снаряжающие маленькой компанией свой большой-большой секрет.

Когда карп оказался в папиных руках, я прикоснулась кончиками пальцев к плавнику. И не успела глазом моргнуть, как подумала:

– Хочу, чтобы… ты был девочкой!!! Пусть у меня родится сестра!!!

Я отдернула руку, и в ту же секунду рыба радостно плюхнулась в воду. Она вильнула хвостом, — размашисто, как и полагается хозяйке своей судьбы. И скрылась под толщей воды, под перламутровыми бликами, ушла в свой мир свободы и тишины.

Одна из нашей семьи.

Маленький карп, который вырастет – и станет тем, кем станет.