Осень, зима, весна, лето и снова осень
текст

.

Автор: Натали Михлин

ФОТОГРАФИИ: ЛЕНА КАПЛЕВСКА

Осенью все становится другим. Время течет медленнее. Каждое мгновение напоминает о короткой летней жизни, готовит нас к зимней бесконечности. Времена года сменяются как поколения. Дети рождаются и растут. Натали Михлин сохранила самые теплые и красивые моменты года в своих записках, а Лена Каплевска — в прекрасных фотографиях.

осень

Слоново-серые горы. Возвращаюсь домой в утреннем дожде. На лужах рябь и пузыри. Отвела маленький яркий зонтик на остановку школьного автобуса. Любовалась, как он подпрыгивает в сером свете утра. Сама — большой красный зонт в клеточку без одной спицы.

Воздух наполнен холодной водой с запахом дымков из каминных труб, примятой зелени, сладких листьев последней осени.

Капли в лужах создают маленькие галактики. Капли, висящие на карнизах, похожи на жемчужины. Дождь содрал последнюю листву, и от деревьев осталось черное кружево. На окнах кое-где еще осталась красная герань. Рождественские гирлянды уже начали появляться и светить по вечерам, даря предвкушение чего-то волшебного. Дальние пики засыпало снегом. Наши горы моются, моются под дождем, но не сравнятся по чистоте со снежными. Завидуют, наверное, и от этого еще больше сереют.

Малыш в зимней кофточке с оленями около меня танцует под ДДТ.

«Капли на лице — это просто дождь,

а может — плачу это я,

Дождь очистил все, и душа, захлюпав,

вдруг размокла у меня,

Потекла ручьем прочь из дома

к солнечным, некошеным лугам,

Превратившись в пар, с ветром полетела

к неизведанным, неведомым мирам…» (с)

Зима

Заехали на Монте Роза. Шел снег, пушистый-пушистый, легкий, как пух. Сначала мы ползали по снегу под большой елью, потом взяли сани и пошли исследовать таинственный заснеженный городок. Двое детей и я  — с пузом на седьмом месяце. Снег по колено, а если провалишься — до груди. Прошли по тропинкам и мостикам, нашли зимнюю реку с шапками снега на валунах, а рядом — журчащая вода. Потом увязались за какой-то группой людей с санками, и не пожалели — набрели на сказочный лес, нашли там место для катания с горки. Наш двенадцатилетний дядя прыгал с обрыва в сугробы. Мэй предпочла скатываться с горы не на санях, а «колбаской». Каждый спуск заканчивался тем, что ко мне, кряхтя, приползал снеговик

А снег все шел и шел…

Весна

Зацвели белые акации. В воздухе летают первые тополиные пушинки. Вчера утром раскрылось небо после зимы — был гром. Значит, заморозков больше не будет.

У нас в саду зацветает жасмин, и я рада, что теперь не сижу рядом с открытой дверью — уж слишком сильный у него запах. Везде цветут пятнами яркого цвета рододендроны. Одуванчики будут радовать нас до конца лета — что за радость сдувать маленьких летунов, плести желтые венки, мастерить кудрявых принцесс из стеблей.

Запахи трав и деревьев, запах коз и реки. А у меня на груди пригрелся теплый комочек, который сопит и пахнет молоком.

Лето

Мне кажется, что птицам доставляет удовольствие летать. Вот ласточки, например. Летела передо мной птица, закладывала такие лихие виражи, то спускалась на дорогу, то взмывала высоко-высоко… и победный свист.

В полях отцветает шалфей. Трава почти до пояса. Порхают голубянки и огневки. Такие маленькие и такие прекрасные, совершенные создания. И куда бы ни присел мотылек, он идеально сочетается по цвету с любым растением. Хоть с золотисто-глянцевой куриной слепотой, хоть с сиреневым шалфеем, или скромным коричневато-зеленым конским щавелем.

У пони родился жеребенок размером с собаку. Черный, глазки голубоватые, как у всех новорожденных.

У соседей поспела черешня. Ммм… это одна из тех ягод, что я готова есть вечно. Если Бог позволит нам когда-нибудь исполнить мечту и иметь свой дом, я обязательно посажу там черешню.

И снова осень…

Октябрь. Сижу, пью горячий компот из шиповника и яблок, приготовленный любимым мужем. Вокруг валяется тысяча платочков. Нос заложен, горло саднит, в голове вата. Вата и в маленьких коньках, которые я шью к Рождественским праздникам. Вот так заранее готовимся к Новому Году, поднимаем себе настроение.

За окном туманные горы, вдали — голубые, вблизи — золотистые, все в красках осени. Шью и маленькие тапочки из фетра — для гномиков. Они страшно нравятся Мэй. Надевает пару на пальчики, и ходит по столу. В недрах бабушкиного резного буфета, под охраной двух деревянных фавнов, хранятся банки соленых огурчиков, и с яблочным, вишневым и ежевичным вареньем. Осталась и банка инжирного, которую я хочу приберечь к Рождеству.

В понедельник ездили за грибами и привезли ведер 5-6. Опят. Два дня запарки, весь дом пропах вареными грибами, совершен обход соседей — охота за банками, и наконец, все закатано. Так что теперь даже если нас занесет снегами, с голоду мы не умрем 

Малыши каждый день устраивают веселую визготню, а еще у нас в доме появился кларнет, так что скучно не бывает. Тихо — тоже. Топот ножек, крики радости, плач, стук мяча, прыжки по кровати чередуются с Моцартом (включаем по совету бабушки, для развития мозга). Потом вступает кларнет, снизу бурчит в каминную трубу дедушкин телевизор, стучит бабушкина швейная машинка. Все эти звуки создают ощущение тепла, как в улье зимой, когда пчелы, тесно прижавшись друг ко другу, тихонько гудят и греют соседей теплом своих маленьких тел.