Фотография Irmina Walczak

 

Где-то с год назад он пришел ко мне и сказал: пап, я хочу жить отдельно.
Ему тогда было 16.
Только 16!
Господи, боже.

И я смотрел на него.
Слушал.
И мне так хотелось сказать ему: нет.
Потому что — страшно.

А что будет дальше?
Если я его отпущу…
Закончит ли он школу?
И будет ли потом поступать?
И как он вообще будет там один?
Как будет жить?
Чем заниматься?
А вдруг чем-нибудь «не тем»?
Вдруг — плохая компания, алкоголь, наркотики?
А я даже и знать не буду!
А когда узнаю, будет уже поздно…

И я смотрел на него.
Слушал.
И вдруг понял.
Что он говорит со мной не о том, где ему жить.
Со мной или отдельно.
Вовсе нет!

Я вдруг увидел.
Что вот этот парень, который сидит напротив меня.
Клевый такой парень.
С дредами.
Которого я так люблю.
Что он — вырос.
И что он уже не просто мой сын.
А что он уже — другой человек.

И что он не просто хочет жить отдельно.
Он хочет, чтобы я ему доверял.
И признал его право самому решать.
Что ему делать и как жить…

И, конечно, я бы мог начать на него давить.
Запрещать.
Ограничивать.
Угрожать.
Требовать.
Ставить условия.

Но я смотрел на него.
Слушал.
И вдруг яснее ясного увидел.
Что, даже если он сейчас и согнется на время под моим прессом (что вряд ли), то после этого он уже никогда не будет мне доверять.

А для меня мои отношения с моим сыном во сто крат важнее всего остального.
Важнее его образования.
Его будущей профессии.
Будущей работы.
И семейного положения.
Все это — полная фигня.
По сравнению с его уважением.
И доверием ко мне.
И с возможностью просто с ним поговорить.
Поделиться прикольной ссылкой.
И встретиться.
И выпить кофе.
И вместе послушать его любимую музыку.
И просто обсудить с ним его планы на будущее.
Ни на чем не настаивая…

А еще за этот прошедший год я понял вот что.
И это для меня, пожалуй, самое главное.

Да, он сейчас словно пружина.
Которую я еще могу согнуть.
И, возможно, даже сломать.
Но для этого мне придется потратить кучу сил.
Чтобы она оставалась в том положении.
Как надо мне.
А не ему.

А я не хочу.
Я элементарно не хочу этим заниматься.
У меня у самого всего одна жизнь.
И я тоже хочу прожить ее интересно и счастливо.
А гнуть кого-то — мне это совершенно не в кайф.

И поэтому я лучше буду заниматься своей жизнью.
А он пусть занимается — своей.
И все что от меня требуется.
Это засунуть куда подальше свои страхи.
И оставить его в покое.
И давать ему поддержку во всем.
Где она будет ему нужна.

 

Автор: Вячеслав Вето, психолог и психотерапевт, отец пятерых детей

Фотография Irmina Walczak

Вам нравятся наши статьи? Нажмите "Нравится", поддержите нас!


0 Комментариев