Неуправляемые
фото
Lena Kaplevska

Фотография Alicja Rodzik

 

Раннее субботнее утро. Сонная тишина аудитории, уютный шелест пишущих ручек по бумаге под мерный голос лектора: «У ребенка с ретроградным Ураном в натальной карте не существует авторитетов, они непослушны, неуправляемы, они — свободны…»

Отрываюсь от лекции, перелистываю карты домочадцев, кого-то мне это описание сильно напоминает (и действительно, кого же еще), открываю Никину карту — «Бинго!». Астрология, как всегда, права.

Бреду с лекции домой, размышляя, что мне делать с этой информацией дальше? Совсем опустить руки в попытках воспитать неуправляемую? Признать свое поражение, прикрывшись астрологией, мол, я-то тут при чем, это все космические законы, что я против них? Букашечка…

Да и с нее самой, вроде как, теперь взятки гладки. Невиноватая она. Подружка придумывает классную шутку: «На всех детских площадках надо срочно повесить объявление: «Детям с ретро Ураном вход без родителей строго запрещен!»». Смеемся с ней, но в глубине души мне не очень смешно.

Что смогу я противопоставить гипотетической учительнице, размахивающей у меня под носом гипотетической кнопкой, заботливо подложенной нашим сокровищем? Меня саму никогда не ругали. Самая большая шалость из детства, это когда мы с братом засунули петарду в сигарету другу семьи.

Но, во-первых, это был эксперимент по отучению от курения, а также «применение законов психологии на отдельно взятом индивидууме». А во-вторых, петарда была малюсенькая и неопасная, мы взрывали такие в руках, и они лишь щекотали наши пальцы. Нас даже особо не ругали, тот дядька обладал незаурядным чувством юмора, смог оценить пытливость юных умов, увидеть в шалости заботу, и все обошлось.

Но мы понимали слова. Мы понимали запреты. С нами можно было говорить. С Никой тоже можно говорить. Да ради Бога, хоть с утра до вечера. Только вот сделает она все равно, как решила. Когда я впервые осознала, что за всю ее маленькую жизнь она меня ни разу не послушалась, я просто мысленно расписалась в собственной материнской профнепригодности и задумалась: как воспитывали нас с Лешей?

Ведь мы как-то интуитивно знали, что можно, а что точно нельзя, и возникало ощущение, что в тот самый день, когда мы впервые пересекали порог родного дома, бабушка доставала семейный Устав, написанный золотыми буквами на состаренных листах в красивом кожаном переплете, и зачитывала его нам. И мы послушно следовали ему.

А у меня, видать, авторитет не тот. Убедительности в голосе не хватает. «Вот Нику бы к бабуле на воспитание, и дело сразу же пошло бы на лад», — думала я. Но нет. Не в этом случае. Я начала ходить на курсы, а все бабушки, по очереди, с ней оставаться, а потом встречать меня на пороге словами: «Кошмар! Я ей говорю, а она словно не слышит!». Знакомая история, да… А мы ведь не в поле живем.

Коллектив и общество диктуют нам свои правила поведения не просто так. Когда все движутся в едином ритме, мы как будто меньше мешаем друг другу. А маленькие анархисты неизбежно создают вокруг себя неудобный для окружающих диссонанс. И мне не раз уже приходилось оказываться в ситуации, вошедшей в острое пике Ники, когда при этом слышишь за спиной от какой-нибудь дамочки, как будто она говорит даже не мне, а так, «чисто-в-космос»: «Посмотри, Васенька, как девочка себя плохо ведет!». Или «вот ты, доченька, никогда так себя не вела!». Хочется развернуться и сказать: «Да свет вам в душу! Идите уже с миром!». Потому что нам, мамам этих детей, в такие моменты тоже очень нелегко, и если мама стоит рядом с самым отстраненным видом, то это не всегда от недостатка педагогического таланта, не потому, что она прочла слишком мало книг по детской психологии, а просто есть дети, к которым ключик воспитания подобрать легко, а есть те, к которым надо перетряхнуть всю ключницу, пока найдешь правильный и единственно подходящий. И уж точно не самая отличная идея такую маму в этот ответственный момент подбора ключей, дополнительно злить.

Да, я устала сражаться из-за каждой мелочи, но тверда в воспитании глобальных истин, и на самом деле, чем дальше, тем больше прихожу к выводу, что многое зависит от нашего восприятия действительности. Когда мы всей семьей ставим ей рамки, которые она с грохотом тут же ломает, то каждый раз, помимо проживания негодования и прочих отрицательных эмоций, в глубине души, восхищаемся ее смелости быть не такой как все.

 

Автор: Светлана СтепановаФотография Alicja Rodzik