12 апреля 2021

Обернись! Мне не встать без твоей руки...

Куда катится мир, какое поколение выросло, мы не так детей воспитывали, давайте быть добрее...
Обернись! Мне не встать без твоей руки...
2802
текст

Лёля Тарасевич/Instagram, психолог и мама


Предыстория:

Сегодня в соцсети наткнулась на очередную статью. Суть такая: «Шла вечером домой, увидела человека, лежащего на тротуаре. Подумала, что он пьян, а потом решила все таки проверить — вдруг плохо человеку? Так и оказалось. ДЦП. Упал, не мог подняться. Все шли мимо. Смешили. Не замечали. Подняла, помогла, до квартиры довела».

Я залезла в комментарии, ну и понеслось: куда катится мир, какое поколение выросло, мы не так детей воспитывали, давайте быть добрее и все в том же духе.

И я задумалась: а что Я?

А мне СТРАШНО. Страшно — с чужим мужчиной. Страшно — в чужой подъезд. Страшно до дрожи в коленках и комка в горле. Я так хочу увидеть, как вырастет мой сын.

Да, возможно, я параноик. Я могу насмотреться перед сном фильмов про маньяков и заснуть только с ножом под кроватью.

И ночью я открываю дверь с отбивалкой мяса в руках даже соседке — бабушке-божьему одуванчику. Эдакое местное привидение, в ночнушке и с всклокоченными волосами, бесшумно отбивающее мясо в 2 часа ночи.

А ещё я читаю статьи, как научить ребёнка элементарным правилам безопасности. И учу. Как позвонить в случае опасности. Как прожить сутки в квартире, если остался один. Куда бежать на улице, если на тебя нападает преступник. Что делать при пожаре.

На этой неделе озвучила новое правило: НЕЛЬЗЯ помогать старенькой бабушке донести тяжелую сумку до квартиры! Так и скажи: мне мама не разрешает. Так нужно учить. Я читала.

Объясняла, а слова застревали между зубов. Это неправильно — с моей моральной точки зрения. Сильный должен помогать слабому. Нужно уметь просить помощи. И нужно уметь её давать. А тут такое… Но я ОЧЕНЬ хочу увидеть, как вырастет мой сын…

Я не спешу мимо. Не отворачиваюсь, чтобы не видеть. Мне не безразлично. Мне жаль тех людей, у которых сердечный приступ. И ДЦП. И даже пьяного, которого сегодня обберут. И мне стыдно за мои страхи.

Я думаю, что многим также. Мы не «другое, безжалостное, бегущее поколение». У нас просто другие инстинкты самосохранения. И стыд за них. И нам с этим жить.